220 Э4, 1-ый день Утренней звезды#
Фаральда велела сотворить свет. Я выдохнул в ладонь огонёк, едва ярче свечи. Она кивнула и отодвинулась: «Проходи». Меня направили к мастеру-волшебнику. Им оказался Толфдир — старик так и не согласился возглавить Коллегию и оставил кабинет над Арканеумом пустовать. Он был приветлив и мягок, но я понимал, почему новичка отправили сразу к мастеру-волшебнику — все-таки, в 46 поздно начинать занятия магией. Но Толфдир дал мне шанс и отправил к преподавателям оценить мой уровень. Ни он, ни остальные меня не узнали. Это победа.
Теперь все мои победы такие.
220 Э4, 16-ый день Утренней звезды#
Заново познакомился с Урагом. Старый ворчливый орк-архивариус за 20 лет ничуть не изменился — всё так же крепок и так же суров к нарушителям правил. Все время, свободное от занятий — а я посещаю их все — провожу в библиотеке. Сегодня в витрине под зачарованным стеклом увидел Древний свиток. Дыхание перехватило, а в ушах прокатилось эхо драконьего крика: «Йор… За-Фруль!». Придя в себя, я заговорил, стараясь скрыть причину волнения. «Это Древний свиток? Я видел два таких в имперской библиотеке». Ураг кивнул: «Наша величайшая ценность». Больше он ничего не сказал и, проявив должное благоговение, я отошел к шкафам с алхимическими учебниками.
Кажется, именно алхимия станет моей специализацией.
220 Э4, 5-ый день Высокого солнца#
Учеба дается легко, и Толфдир меня хвалит. Но преподаватели сходятся во мнении, что мои 29 из 100 — это всё, на что я способен. Ученический уровень. Слишком поздно, выше головы не прыгнешь и всё такое. К счастью, это не касается выбранной мною алхимии, где все решают знания, а не уровень. “Магия без магии”. Может, поэтому в Коллегии ее и не преподают. Но это мой шанс остаться здесь и дальше, вдали от лишнего внимания. Вряд ли кто-то заинтересуется скромным зельеваром.
Хорошо, что на меня махнули рукой. Правдоподобно притворяться перед магистрами все-таки очень сложно.
220 Э4, 11-ый день Высокого солнца#
Меня захватило новое направление. Раньше я воспринимал алхимию как что-то само собой разумеющееся: почти четверть моей дорожной сумки всегда занимали всякие флаконы. Противоядия, бальзамы, эликсиры — всё это обязательная часть опасной жизни, которую я вел с тех пор, как покинул дом. В лавках алхимиков я регулярно пополнял быстро тающие запасы, совершенно не задумываясь, откуда они берутся. Все эти корешки, цветочки-ягодки — целый мир, которым я пренебрегал.
Пришло время это исправить.
220 Э4, 24-ый день Высокого солнца#
Сны никуда не делись. Этой ночью я снова — в который раз! — был в Совнгарде, пил с Исграмором, вместе с Тремя героями бился с Алдуином и снова проснулся от грохота Драконобоя. «Йор… За-Фруль!». Даже мысленно произнесенные, эти три слова заставляют кипеть мою кровь. Мою «драконью кровь», непостижимый дар Акатоша, которая тоже никуда не делась.
Тсун будет ждать моего возвращения. Но Шор умер и не защитит меня здесь. При жизни мне предстоит скрываться. От Боэтии, которая отправит за мной Эбонитового воина. От Ситиса, который натравит остатки Темного братства. А после за мной явится Хирсин, чтобы забрать в Земли вечной охоты. Или Ноктюрнал напомнит о контракте и отправит стеречь Сумеречную гробницу. Или Азура припомнит историю с Черной звездой. Кажется, я успел задолжать всем. Разве что Дибелла мной довольна, но для связанных другими клятвами душ цикл перерождения закрыт.
В общем, мне совсем не хочется узнать, кто успеет первым или окажется сильнее. Я надеюсь тихо проскользнуть к вратам Дома Шора в Совнгарде. Незамеченным, с чужим лицом и под чужим именем.
220 Э4, 2-ый день Начала морозов#
Древний свиток словно обрушил плотину и открыл поток воспоминаний. Днем я брожу по окрестностям и закупаюсь на рынке, вечером сижу в библиотеке, а ночью… ночью не могу уснуть, пока мятущиеся мысли не покинут меня, осев на этих страницах.
«Ты не сможешь прятаться вечно», сказал тогда Херма-Мора и с тех пор я только об этом и думал. Боги видят всех, но они отличают нас друг от друга? Ответ нашелся в Бесконечной библиотеке. Там на вершине Апокрифа, Херма-Мора дал мне возможность изменить себя. Его знаменитое «знание за знание» — я теряю все свои навыки и способности, а взамен могу получить любые другие. Полагаю, его интересовала “драконья кровь”, но дар Акатоша сложно определить и тем более забрать. Я отказался от своей части сделки и теперь у Хермы-Моры одной книгой больше, а я стал никем. Прошлый я остался в «черной книге», а новый ничем от других не отличается. Когда меня забудут, я растворюсь в толпе.
С лицом помогла Галатил. Она хорошо знала свое дело и мое новое лицо стало именно тем, что мне нужно — самое обычное, даже заурядное. Убедить Галатил, которая считала мои пожелания оскорблением хирургическому мастерству, стоило мне много сил и денег. Из Крысиной норы я отправился сразу на рынок, всё распродал и отправился в Вайтран опробовать новую внешность.
И я взял себе новое имя. Эйнар, «одинокий воин» — имя громкое, но очень распространенное. Все равно, что спрятать хрустальный шар у всех на виду.
220 Э4, 3-ый день Начала морозов#
Вайтран. Я прожил там больше, чем где бы то ни было. И первое, что я сделал в новой жизни — снова отправился туда. Проходя мимо Дома Теплых ветров, я увидел в дверях Лидию. Моя защитница, управительница и друг. Я отправил ее сюда, когда чуть не убил неосторожным огненным шаром. В дом, который купил специально для этого. В дом, который, как оказалось, раньше ей и принадлежал. Она не говорила, как он оказался во владении ярла, а я не спрашивал. Ее взгляд скользнул по мне и я расслабился.
Закупившись для своей новой жизни — потертая кожаная броня, рюкзак со спальным мешком, дорогущий эльфийский кинжал — я напросился поработать в кузнице Адрианы, чтобы залатать и подогнать по фигуре свои покупки. А после заката отправился в «Гарцующую лошадь» переждать ночь в тепле очага с бутылкой сиродильского бренди. Маскировка не подвела, не выдал даже любимый напиток, который здесь не очень-то популярен.
220 Э4, 4-ый день Начала морозов#
Сегодня в разговоре с Толфдиром всплыло имя Авгура Данлейнского. Он сказал мне тоже самое, что и в прошлый раз, и мне стало стыдно. Мой простодушный учитель не допускал мысли, что я притворяюсь и веду разговор в нужную сторону. Пообещав быть осторожным, я получил легальный повод навестить Авгура.
Поход в Мидден принес мне две новости. Плохая — Авгур меня узнал. Но не потому, что я плохо спрятался, просто нужно внимательней подбирать слова и темы для разговора. Он меня успокоил и вообще оказался полезнейшим советчиком. Некоторые мои предосторожности оказались лишними и я от них отказался. Всеведущие боги действительно меня потеряли, как ребенок — скучную игрушку. И это — хорошая новость.
223 Э4, 14-ый день Первого зерна#
Три года исследований прошли не зря. Я перебрал все, что касается алхимии — в Арканеуме, архивах Башни Белого золота и в библиотеке Алинора. Выкупил, переписал сам или заказал копии всего, что не не смог купить. Не задавая лишних вопросов, скупал у искателей приключений найденные рукописи и странные зелья — даже оплатил Колсельмо Маркартскому перевод нескольких древних книг снежных эльфов. Мой “Винтерхолдский алхимический свод” по всему найденному купили для своих библиотек Вунферт Неживой из Виндхельма и вайтранский Фарегнар Тайный огонь. Кажется, я становлюсь известным.
224 Э4, 18-ый день Первого зерна#
Стали приходить ученики. Первых трех оценивал Толфдир, а потом распорядился, чтобы Фаральда направляла их напрямую ко мне. Теперь в расписании занятий Коллегии появились мои уроки. Я стал преподавателем. Боевые маги относятся к моей теме снисходительно, Нирия, которая вообще непонятно чем занимается, демонстративно пренебрежительна, а Колетта Маренс откровенно враждебна и считает, что я отнимаю у нее место. Некоторые никогда не меняются.
262 Э4, 1-ый день Высокого солнца#
Кафедра алхимии больше всех остальных, вместе взятых. Рядом с другими мои ученики чувствуют себя неуютно, они ведь “маги без магии” вроде меня. Но не все, у меня есть несколько довольно сильных адептов восстановления, которые кроме меня посещают занятия Брелины, и мастер-зачарователь — коренастый имперец, 98 из 100. Даже у Сергия Турриана, нашего зачарователя, 75.
Брелина, к слову, уже лет 40 возглавляет Коллегию и теперь никто из боевых магов не смотрит на школу восстановления свысока — девочка, с которой я учился в прошлой жизни, долгое время искала приключения в самых опасных местах Тамриэля, а потом вернулась в Коллегию и довольно быстро стала сначала мастером-волшебником после Толфдира, а потом уже и архимагом.
Ученики зовут ее “боевым лекарем”. За глаза, разумеется.
278 Э4, 30-ый день Вечерней звезды#
Дневник останется в дальнем углу Миддена. Авгур Данлейнский — единственный, кто обо мне знает. Без его помощи я не смог бы довести свой план до завершения. Без него жизнь затворника была бы невыносимой. Мы — две забытые легенды, не желающие остаться в памяти, на протяжении десятилетий могли говорить только друг с другом. Он будет лучшим хранителем моих тайн.
У орков есть традиция «славной смерти». Под конец жизненного пути они отправляются в какое-то значимое для них место и ищут поединка, чтобы умереть в бою. Для орков это путь в Пепельную кузницу Малаката, но я норд и такая смерть приведет меня в Совнгард. Там у ворот Зала доблести я назову Тсуну свое истинное имя и снова встречу Фелдира Старого, Хакана Одногразого и Гормлейт Золотую рукоять — мои братья по оружию в единственной, но самой важной битве.
Утром я отправлюсь в Лабиринтиан. Это идеальная арена для последнего боя — величественные пустые руины и никого, кроме троллей и фалмеров. Мои ворота в дом Шора.